РЇ просто обязана СЃ РЅРёРј познакомиться 2 страница

С тех пор как Кэтрин начала задумываться о браке с Питером, ей приходило в голову, что ему будет очень нелегко с ней. Ведь он привык к независимой жизни холостяка. Она даже думала, что ему бы вообще не надо было жениться. «Пожалуй, он абсолютно самодостаточен, независим, потому и счастлив». Помимо того что Питер был очень независим, он был еще и трудоголиком. У него никогда не бывало выходных. Он работал целыми днями. По вечерам посещал заседания комитета, а чтобы немного развеяться, принимал приглашения выступить с проповедью где-нибудь в пригороде. Эти поездки, вне всякого сомнения, раздражали Кэтрин. Но еще тяжелее она воспринимала то, что он никогда не делился с ней тем, что его заботило. Возможно, это была чисто шотландская сдержанность; но гораздо более вероятно, что он просто привык к тому, что делиться размышлениями ему не с кем и незачем. План жить иначе вместе был хорош, но Питер продолжал жить так, как жил прежде, и помощи от Кэтрин не принимал.

Кэтрин горела желанием использовать свои таланты — писать, выступать с речами и с головой окунуться в служение своего мужа. Она хотела, чтобы Питер разделил с нею служение, но в первые годы брака он, судя по всему, был просто не в состоянии сделать это. У него было призвание. Служение было для него важнее всего на свете. Кэтрин писала: «Он полностью принадлежит тысячам людей», и, судя по всему, она была не в восторге от того, что эти тысячи людей были для Питера важнее, чем его собственная жена. Кэтрин пыталась смириться с тем, что ей не нравилось в ее браке. Но раздражение росло. Временами она задумывалась, на кого же ей все-таки обижаться: на прихожан, на Питера или на Бога. Поездки с проповедями за город стали последней каплей, переполнившей чашу ее терпения. С его точки зрения, это был акт милосердия — ведь он получал огромное количество приглашений, а отвечал лишь на сравнительно небольшую их часть. Он считал, что она должна бы оценить тот факт, что на очень многие приглашения он отвечал отказом. Он даже считал, что отвечал отказом на слишком многие приглашения. Ему казалось, что Кэтрин слишком эгоистична и ревнует его к служению. А ей казалось, что он к ней безразличен.



Несмотря РЅР° это, Маршаллы жили дружно. «Мы СЃ самого начала стремились сосредоточиться РЅРµ РЅР° том, что нас разделяло, Р° РЅР° том, как преодолеть несогласия. Р’ конечном счете, РІ каждом браке есть сложности. Две жизни РЅРµ РјРѕРіСѓС‚ слиться РІ РѕРґРЅСѓ без РєРѕРјРїСЂРѕРјРёСЃСЃРѕРІ, которые часто болезненны». Обстановка разряжалась СЋРјРѕСЂРѕРј Рё, что гораздо важнее, взаимной любовью Рё уважением. Р? самое главное — РѕРЅРё всегда молились вместе. Хотя Кэтрин РјРЅРѕРіРѕРµ РІ Питере казалось труднопреодолимым, РѕРЅР° была счастлива РѕС‚ того, что РѕРЅРё были вместе. Ей нравилось то, как РѕРЅ смеется, как РѕРЅ поет (Р° пел РѕРЅ СЃ огромным удовольствием). Ей даже нравилось то, что РёРЅРѕРіРґР° РѕРЅ надевал национальную одежду Рё выступал РЅР° церковных собраниях СЃ шотландскими песнопениями. РЎ РЅРёРј всегда было очень весело. Р?, само СЃРѕР±РѕР№, ей нравилось, что РѕРЅ обожает играть — РІРѕ РІСЃРµ, РѕС‚ монополии РґРѕ бейсбола. Кэтрин писала: «Поразительно, как такой занятый священник находит столько времени для РёРіСЂС‹. Секрет РїСЂРѕСЃС‚: Питер очень мало спит».

Постепенно Питер стал предпринимать попытки разделить свое служение с Кэтрин. Поначалу утренние воскресные проповеди он накануне стал читать Кэтрин. Для него это оказалось прекрасной подготовкой, а для нее — огромной радостью.

Однажды РІ субботу вечером, РєРѕРіРґР° Питер дошел РґРѕ середины проповеди, Кэтрин перебила его. РћРЅР° очень РЅРµ любила перебивать его, РЅРѕ Сѓ нее были РЅР° это веские причины — Сѓ нее начались СЂРѕРґС‹. Р? Рє утру РЅР° свет появился Питер Джон Маршалл. Питер приехал РІ больницу Рє рождению сына, Р° затем вернулся РІ церковь для того, чтобы провести СѓСЂРѕРє РІ воскресной школе. Потом было богослужение, Рё Питер произнес проповедь, которую Кэтрин РЅРµ успела дослушать РґРѕ конца. Прихожане РЅРµ узнали Рѕ том, какое событие произошло РІ семье Маршалл. Кто-то отметил, что Питер выглядит усталым, словно провел РІСЃСЋ ночь РЅР° ногах. РћРЅ никак это РЅРµ прокомментировал. РљРѕРіРґР° Питер уже прощался СЃ прихожанами РІ конце службы, РѕРґРЅР° женщина спросила его Рѕ Кэтрин, которая, конечно же, РЅРµ пришла РІ церковь РІ то утро. РўСѓС‚ СѓР¶ Питеру пришлось объяснить причину отсутствия его жены. РћРґРЅРёРј РёР· принципов Питера был следующий: РЅРёРєРѕРіРґР° РЅРµ упоминать Рѕ своей жене Рё Рѕ своем РґРѕРјРµ РІ проповедях. РќРѕ РІСЃРєРѕСЂРµ после рождения Питера Джона этот принцип был предан забвению. Питер Джон давал такой живой Рё СЏСЂРєРёР№ материал для всяческих забавных примеров, что молчать Рѕ том было просто невозможно.

Питер очень любил сына, РІ этом нет никаких сомнений. РћРЅ чувствовал себя виноватым перед РЅРёРј, так как работа РІ церкви РЅРµ оставляла Питеру достаточно РјРЅРѕРіРѕ времени для общения СЃ семьей. Чтобы хоть как-то разрешить эту ситуацию, Маршаллы купили летний РґРѕРј, который располагался достаточно далеко для того, чтобы Питер был РІРЅРµ досягаемости бесконечного потока приглашений Рё забот, которых РІ церкви всегда было предостаточно. Дом располагался РІ РљСЌР№Рї РљРѕРґ, недалеко РѕС‚ РјРѕСЂСЏ, которое так любил Питер. Р?, конечно же, Питер сразу же перекрасил зеленые ставни РІ СЃРІРѕР№ любимый СЃРёРЅРёР№ цвет. РџРѕРєСѓРїРєР° РґРѕРјР° дала Питеру возможность проводить больше времени СЃ сыном, работать РІ саду — РѕРЅ изготавливал прекрасную мебель — Рё просто слушать шум океана. Рђ Кэтрин РІ РљСЌР№Рї РљРѕРґ больше всего нравилось уединение. РћРЅР° была счастлива, что теперь РѕРЅРё РјРѕРіСѓС‚ побыть вдвоем. Питер СЃ сыном ходили Р·Р° ягодами, Р° Кэтрин пекла черничные РїРёСЂРѕРіРё. РџРѕ вечерам Питер читал Питеру Джону вслух Рё укладывал его спать.

По натуре Питер не был ученым-исследователем. Он был поэтом, художником слова. Он сравнивал сомнения с паутиной, которая появляется в углах наших жилищ. Наша вера не в состоянии вымести ее оттуда, это может сделать только благодать. «Найти нужное слово — значит пользоваться не малярной кистью, а тонко отточенным карандашом», — говорил Питер. Группе семинаристов он сказал: «Когда вы пишете ваши проповеди, то должны видеть сжатые до боли кулаки, губы, стиснутые для того, чтобы удержать слезы, сердца, страдающие от того, что в них нет прощения, души, в которых нет радости из-за того, что в них нет любви. Вы должны видеть перед собой слезы, которые текут по лицам матерей, — проповедуйте им, вы должны спасти их». Питер находил темы для своих проповедей повсюду и тщательно подбирал новый сюжет. Поскольку церковный бюллетень выходил по четвергам, в среду он обсуждал очередную проповедь за ужином с Кэтрин. Хотя иногда он имел лишь смутное представление о том, какова будет структура проповеди, он придумывал для нее название с верой в то, что где-то между четвергом и воскресеньем проповедь обретет свою форму. Питеру вообще редко удавалось написать проповедь меньше чем за три-четыре дня.

Нагрузка Питера становилась РІСЃРµ больше Рё больше. Численность прихожан неуклонно увеличивалась, Рё Питер был вынужден РёРЅРѕРіРґР° повторять проповеди, которые уже звучали СЃ кафедры прежде. РќРѕ РІ церковь РІСЃРµ равно приходило РѕРіСЂРѕРјРЅРѕРµ количество людей. РњРЅРѕРіРёРј просто РЅРµ хватало места, настолько переполнено было помещение. Кэтрин оставалась Р·Р° сценой, РІ роли жены, обеспечивающей прочный тыл. Р’ РєРЅРёРіРµ «Человек, которого звали Питер» РѕРЅР° писала, что РѕС‚ нее требовалось быть «изящной, очаровательной, уравновешенной Рё милой РїСЂРё любых обстоятельствах». Р? РѕРЅР° вполне справлялась СЃ этой ролью.

Когда Питеру Джону исполнилось три года, Кэтрин тяжело заболела. Она едва не потеряла сознание во время богослужения. Медицинское обследование показало, что у нее туберкулез.

Это была не открытая форма заболевания, поэтому Кэтрин позволили остаться дома, но велели соблюдать строгий постельный режим. Ей запретили любые нагрузки. Она лежала в самой большой из спален. Через пять окон в комнату проникали яркие солнечные лучи. Она устраивалась на постели полулежа, доставала блокнот и записывала в него свои размышления. Как-то она написала, что хотела бы стать «литератором, способным оказать реальное влияние на свое поколение и на мир в целом».

Первоначально предполагалось, что Кэтрин станет лучше через три-четыре месяца. РћРЅР° писала: «Первые три месяца были самыми тяжелыми, каждый РјСѓСЃРєСѓР» моего тела протестовал против того, что СЃРѕ РјРЅРѕР№ происходило». РќРѕ время шло, Р° рентгеновские СЃРЅРёРјРєРё показывали РІСЃРµ те же пятна РЅР° легких. Кэтрин стала впадать РІ депрессию. РќРµ оценила РѕРЅР° Рё слова мужа, которые показались ей избитыми Рё банальными: «Кэтрин, ты же прекрасно знаешь, что отчаяние — РѕС‚ сатаны». РћРЅ также напомнил ей: «Однажды ты вспомнишь РѕР± этих тусклых РґРЅСЏС… как Рѕ самых богатых впечатлениях Р·Р° РІСЃСЋ твою жизнь». Позже РѕРЅР° признала, что, хотя РІ то время РѕРЅР° Рё пренебрегла словами мужа, эти «тусклые РґРЅРёВ» впоследствии действительно оказались очень СЏСЂРєРёРјРё. Р’ тот период РѕРЅР° открыла для себя такие грани взаимоотношений СЃ Р?РёСЃСѓСЃРѕРј Христом, Рѕ которых прежде даже Рё РЅРµ догадывалась. Впервые РІ жизни РѕРЅР° стала интересоваться всерьез РїСЂРёСЂРѕРґРѕР№ Святого Духа. Понятно, что тогда же РѕРЅР° РјРЅРѕРіРѕ размышляла Рё РѕР± исцелении. РћРЅР° пыталась узнать, что РЅР° эту тему РіРѕРІРѕСЂРёС‚ Библия. Часто ее вера наталкивалась РЅР° препятствия Рё забредала РІ тупики. РќРѕ Кэтрин РЅРµ останавливалась Рё продолжала искать.

Питер был очень мил и заботлив, но все же она тревожилась. Она боялась, что он потеряет интерес к жене-инвалиду. Ее пугало, что ее «место в сердце Питера может занять кто-то другой». Как мог такой человек, как Питер в конце концов не утомиться от присутствия в его жизни «бесполезной» жены?

Особенно она тревожилась, когда он отправлялся в поездки. Осенью 1944 года ситуация в семье Маршалл стала крайне напряженной. Кэтрин уже семнадцать месяцев была прикована к постели, и за это время у них сменилось четырнадцать разных сиделок. Шла Вторая мировая война, и в Вашингтоне было очень много вакантных высокооплачиваемых мест. Маршаллы были не в состоянии платить медсестрам столько, сколько платило государство. Поэтому и прислуга в доме не задерживалась надолго. На Питере Джоне это отражалось сильнее всего, не говоря уже о самом Питере, Кэтрин, разбитом фарфоре и испорченном белье. Единственно возможным выходом было отослать Питера Джона к родителям Кэтрин, самой Кэтрин перебраться в санаторий, а Питеру — в гостиницу, и жить таким образом до тех пор, пока Кэтрин не выздоровеет, сколько бы времени это ни заняло.

Питер Рё Кэтрин горячо молились РѕР± этом. «Если РўС‹ хочешь, чтобы РјС‹ оставались вместе, Господи, тогда РјС‹ РїСЂРѕСЃРёРј Тебя: пошли нам РєРѕРіРѕ-либо, кто РјРѕРі Р±С‹ позаботиться Рѕ домашнем хозяйстве». Р? РѕРЅРё СЃ трудом произносили слова: «Да свершится воля РўРІРѕСЏВ». РљРѕРіРґР° РґРѕ предполагаемого отъезда Кэтрин оставался всего РѕРґРёРЅ день, Рє РЅРёРј РІ дверь постучала молодая женщина РёР· Канзаса, которая заявила: «Вообще-то работа РјРЅРµ РЅРµ нужна, РЅРѕ РІСЃРµ-таки СЏ здесь». РћРЅР° предложила помогать РёРј РїРѕ РґРѕРјСѓ РІ течение нескольких месяцев, Рё РѕРЅРё приняли ее предложение. РћРЅР° осталась Сѓ РЅРёС… РЅР° четыре РіРѕРґР°. Р’ статье РІ журнале «Пресвитерианская жизнь» Питер писал РѕР± этом случае: «Самые великие ответы РЅР° молитвы нашей семьи происходили тогда, РєРѕРіРґР° наша вера была столь мала, что РЅРµ приходилось ожидать вообще ничего. РќРѕ РєРѕРіРґР° РјС‹ оставляли РІСЃРµ попытки добиться какого-то результата Рё просто предоставляли Богу решить нашу проблему, РћРЅ РЅРµ РјРѕРі РЅРµ помочь нам». РќРѕ самым главным СѓСЂРѕРєРѕРј, который Кэтрин извлекла РёР· своей болезни, стал СѓСЂРѕРє смирения. Р? РєРѕРіРґР° РѕРЅР° начала делать РІ этом успехи, то почувствовала Рё улучшение РІ своем физическом состоянии.

Ее исцеление РЅРµ произошло мгновенно, РЅРѕ РѕРЅР° была уверена РІ том, что РѕРЅРѕ имело РґСѓС…РѕРІРЅСѓСЋ РїСЂРёСЂРѕРґСѓ. Р?сцеление это сопровождалось определенным мистическим опытом: Кэтрин ощутила присутствие Христа так живо, как РЅРёРєРѕРіРґР° прежде. «Почему это случилось СЃРѕ РјРЅРѕР№, СЏ РЅРµ знаю». Годы болезни научили РјРЅРѕРіРѕРјСѓ как саму Кэтрин, так Рё Питера. РћРЅ стал гораздо более открытым Рё общительным. Рђ РѕРЅР°, уже РЅРµ имея возможности участвовать РІ его служении, научилась оказывать мужу ту поддержку, РІ которой РѕРЅ нуждался Рё которую готов был принять РѕС‚ нее. РћРЅРё вместе работали над несколькими издательскими проектами. РћРЅРё подготовили комментарий Рє Посланию Рє Ефесянам Рё несколько статей для журнала «Сегодня». РћРЅРё обнаружили, что СЃ огромным удовольствием пишут вместе. Питер стал гораздо больше сотрудничать СЃ ней РІ написании проповедей. РЈ Кэтрин было РјРЅРѕРіРѕ времени, которое РѕРЅР° могла посвятить чтению. РћРЅР° делилась СЃ мужем РѕРіСЂРѕРјРЅРѕР№ массой свежих идей, приходивших ей РІ голову. Кэтрин часто проводила исследования РЅР° темы, наиболее важные для Питера, Рё называла такую работу «раскопками». РЎСѓРїСЂСѓРіРё часто подолгу обсуждали проповеди Питера, прежде чем РѕРЅ РїСЂРѕРёР·РЅРѕСЃРёР» РёС… РІ церкви. Р?РЅРѕРіРґР° РѕРЅ даже Р·РІРѕРЅРёР» ей РёР· церкви Рё РїСЂРѕСЃРёР» поддержать его. «Я РЅРµ знаю, как РјРЅРµ изложить это», — РіРѕРІРѕСЂРёР» РѕРЅ, Рё Кэтрин нередко давала ему весьма ценные советы.

Питер говорил друзьям: «Мои лучшие проповеди написаны вместе с Кэтрин». Ее писательская карьера и естественное желание развиваться самостоятельно в творческом плане утратили свою актуальность. В книге «Жить снова» она писала: «Все мои идеи, всю энергию, все творчество я посвятила партнерству в браке, и не хотела предпринимать попыток для того, чтобы направить часть своих внутренних ресурсов в каком-то другом направлении». Она признавала, что убеждения Питера, касавшиеся брака, могли бы стать причиной конфликтов между ними, если бы она не захотела отказаться от собственных отдельных целей. Она свидетельствовала, что, растворив таким образом свою жизнь в его жизни, она «смогла реализовать все то женское, что заложено в каждой женщине изначально». Кэтрин также говорила и о том, что годы болезни научили ее быть спокойной и сдержанной.

Как-то воскресным утром весной 1946 года во время проповеди Питер почувствовал острую боль в груди. Он схватился за сердце, прервал проповедь и сказал: «Здесь есть врач? Мне нужна помощь». Он быстро произнес благословение, и ему помогли сойти с кафедры. Ему было сорок три года. Оказалось, что с ним случился сердечный приступ, и его отвезли в госпиталь, где врачи сказали, что шансов выжить у Питера пятьдесят на пятьдесят. Когда он увидел Кэтрин у своей постели, то сказал: «Тебе не нужно было приходить. Ты еще недостаточно поправилась». Она и в самом деле была еще не вполне здорова. Но она была нужна мужу — и потому приехала к нему. Она позвонила нескольким близким друзьям, которые оповестили всех, что Питер нуждается в молитвенной поддержке. Вскоре о его выздоровлении молились тысячи человек по всей стране. Через несколько недель Питер постепенно начал поправляться. Десять недель он провел в больнице, две недели — дома, двенадцать недель — в Кэйп Код, а в сентябре уже снова был за кафедрой своей церкви.

Кэтрин считала, что ему следовало сократить нагрузки, и в течение нескольких месяцев он действительно был более осторожен со здоровьем, чем обычно. «Он вовсе не хотел заигрывать со смертью», — писала Кэтрин. Но он не умел жить размеренно. Кэтрин пыталась повлиять на него, привлекая к увещеванию и друзей Питера. «Но результатов эти беседы не принесли... Это было все равно что обращаться к закрытой двери». Питер не хотел жить лишь отчасти. Он не мог ограничить самого себя. Больше всего Кэтрин хотела добиться, чтобы он выезжал с проповедью в другие города как можно реже. В течение первого года после приступа он прислушивался к ней. Но уже на следующий год он принял двадцать приглашений. «Ты бы знала, скольким я отказал», — говорил он. Но Кэтрин уже слышала это и прежде.

Через несколько месяцев, Рє РѕРіСЂРѕРјРЅРѕРјСѓ его удивлению, равно как Рё Рє удивлению Кэтрин, Питер был избран капелланом сената Соединенных Штатов, что прибавило новые обязанности Рє его прежним заботам РІ собственной церкви. РћРЅ стал пастором РјРЅРѕРіРёС… известных политических деятелей. Его молитвенный опыт стал известен РїРѕ всей стране. Однажды РѕРЅ молился так: «Отец наш Небесный, РїРѕРјРѕРіРё нам понять, что лучше потерпеть неудачу РІ деле, которое РІ конечном счете станет успешным, чем преуспеть РІ деле, которое РІ конечном счете потерпит неудачу... Да свершится воля РўРІРѕСЏ, РґР° осуществится РўРІРѕР№ план относительно каждой партии Рё каждой личности, РІРЅРµ зависимости РѕС‚ времени Рё обстоятельств, РЅР° благо Америки Рё РјРёСЂР° РІРѕ всем РјРёСЂРµ. Р’Рѕ РёРјСЏ Господа нашего Р?РёСЃСѓСЃР° Христа. РђРјРёРЅСЊВ».

Вскоре Питер стал занят еще больше, чем прежде. Но угрожающих симптомов не было — ни трудности с дыханием, ни головокружения, ноги не подкашивались. Поэтому он и не собирался беречь себя. Он вообще не понимал смысла выражения «притормози». Кэтрин боялась, что все это может кончиться весьма печально.

Р? РІРѕС‚ РІ начале 1949 РіРѕРґР° РѕРЅ позвал Кэтрин посреди ночи Рё сказал: «У меня сильная боль РІ РіСЂСѓРґРё. Вызови врача». РћРЅР° немедленно вызвала СЃРєРѕСЂСѓСЋ помощь. РљРѕРіРґР° санитары выносили его РёР· РґРѕРјР°, РѕРЅ прошептал ей: «Дорогая, СѓРІРёРґРёРјСЃСЏ утром». РќРѕ следующим утром, РІ девять часов, Питер умер. Ему было СЃРѕСЂРѕРє шесть лет. РћРЅ оставил РІРґРѕРІСѓ тридцати четырех лет Рё девятилетнего сына. РќР° РїРѕС…РѕСЂРѕРЅС‹ собралось РѕРіСЂРѕРјРЅРѕРµ количество народа. Р’ «Тайм», «Лайф» Рё «Ньюсвик» были опубликованы некрологи.


6756176086305668.html
6756210063776909.html
    PR.RU™